Неточные совпадения
Ему казалось, что и важничал Федор Федорович уже чересчур, что имел он все замашки мелких начальников, как-то: брать на замечанье тех, которые не
являлись к нему с поздравленьем в праздники, даже мстить всем тем, которых имена не находились у швейцара на листе, и множество разных тех грешных принадлежностей, без которых не обходится ни добрый, ни
злой человек.
— Приобретение нечестным путем, хитростью, — сказал Левин, чувствуя, что он не умеет ясно определить черту между честным и бесчестным, — так, как приобретение банкирских контор, — продолжал он. — Это
зло, приобретение громадных состояний без труда, как это было при откупах, только переменило форму. Le roi est mort, vive le roi! [Король умер, да здравствует король!] Только что успели уничтожить откупа, как
явились желевные дороги, банки: тоже нажива без труда.
Обманутый муж, представлявшийся до сих пор жалким существом, случайною и несколько комическою помехой его счастью, вдруг ею же самой был вызван, вознесен на внушающую подобострастие высоту, и этот муж
явился на этой высоте не
злым, не фальшивым, не смешным, но добрым, простым и величественным.
Его очень заинтересовали откровенно
злые взгляды Дронова, направленные на учителя. Дронов тоже изменился, как-то вдруг. Несмотря на свое уменье следить за людями, Климу всегда казалось, что люди изменяются внезапно, прыжками, как минутная стрелка затейливых часов, которые недавно купил Варавка: постепенности в движении их минутной стрелки не было, она перепрыгивала с черты на черту. Так же и человек: еще вчера он был таким же, как полгода тому назад, но сегодня вдруг в нем
являлась некая новая черта.
Прошло еще минут пять, прежде чем
явились санитары с носилками, вынесли ее, она уже молчала, и на потемневшем лице ее тускло светились неприятно зеленые, как бы
злые глаза.
Когда он, один, пил чай,
явились Туробоев и Варавка, серые, в пыльниках; Варавка был похож на бочку, а Туробоев и в сером, широком мешке не потерял своей стройности, а сбросив с плеч парусину, он показался Климу еще более выпрямленным и подчеркнуто сухим. Его холодные глаза углубились в синеватые тени, и что-то очень печальное,
злое подметил Клим в их неподвижном взгляде.
Он сильно разбух, щеки оплыли, под глазами вздулись мешки, но глаза стали еще острее,
злей, а борода выцвела, в ней
явился свинцовый блеск.
Из хозяев никто не говорил по-английски, еще менее по-французски. Дед хозяина и сам он, по словам его, отличались нерасположением к англичанам, которые «наделали им много
зла», то есть выкупили черных, уняли и унимают кафров и другие хищные племена, учредили новый порядок в управлении колонией, провели дороги и т. п.
Явился сын хозяина, здоровый, краснощекий фермер лет двадцати пяти, в серой куртке, серых панталонах и сером жилете.
Мефистофель,
явившись к Фаусту, засвидетельствовал о себе, что он хочет
зла, а делает лишь добро.
Самым большим
злом является утилитарное отношение к истине.
То
являлась она в полумраке, как настоящая Ночь, с звездным блеском, с
злой улыбкой, с таинственным, нежным шепотом к кому-то и с насмешливой угрозой ему, блещущая и исчезающая, то трепетная, робкая, то смелая и
злая!
— Начинается-то не с мужиков, — говорил Нил Андреич, косясь на Райского, — а потом
зло, как эпидемия, разольется повсюду. Сначала молодец ко всенощной перестанет ходить: «скучно, дескать», а потом найдет, что по начальству в праздник ездить лишнее; это, говорит, «холопство», а после в неприличной одежде на службу
явится, да еще бороду отрастит (он опять покосился на Райского) — и дальше, и дальше, — и дай волю, он тебе втихомолку доложит потом, что и Бога-то в небе нет, что и молиться-то некому!..
Дверь вдруг тихо отворилась, перед ним
явился Марк Волохов, в женском капоте и в туфлях Козлова, нечесаный, с невыспавшимся лицом, бледный, худой, с
злыми глазами, как будто его всего передернуло.
Вот важнейшее место, сюда относящееся: «если душа благодаря ускоренному уходу освобождается от тела, то она ни в каком отношении не терпит ущерба и познала природу
зла с тем, чтобы открылись заключенные в ней силы и обнаружились энергии творчества, которые оставались бы втуне при спокойном пребывании в бестелесном, ибо никогда не могли бы перейти в действие, и от души осталось бы скрытым, что она имеет» (Enn. IV, Lib. VIII, cap. 5).], а в неблагоприятном душа загрязняется и, для того чтобы освободиться от телесных оков, должна подвергнуться очистительному процессу, которым
является многократное перевоплощение в различные тела.
Зло является в этом смысле акциденцией (κατά συμβεβηκός), существуя ради другого, но не по собственной причине, ибо возникновение кажется правым, возникая ради добра, в действительности же неправо, ибо мы неблагое принимаем за благое…
Адам и Ева, ощутившие друг друга как муж и жена, двое в одну плоть, находились в состоянии гармонии и девственности. Они были свободны от
злой и жгучей похоти, были как женатые дети, которых соединение
являлось бы данью чистой чувственности, освящаемой их духовным союзом. Они, будучи мужем и женой, по крайней мере в предназначении, не становились от этого самцом и самкою, которых Адам видел в животном мире: «и были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились» (2:25).
Для гуманности
злом является всякое страдание, она хочет всех сделать довольными и счастливыми и верить в осуществимость этого замысла.
Зла нет и в ангелах, — они злы, когда наказывают грешников, но здесь
злом является не наказание, но само наказуемое.
Важное предчувствие этой истины мы имеем в глубоком учении Плотина о двух материях: о меональной материи нашего во
зле лежащего мира и о той умопостигаемой материи, которая
является субстратом для νους, дает возможность раскрыться его идеям.
Как связанная не с субстанциальностью, но модальностью человеческого существа, как плод первородного греха, нравственность вообще не представляет собой вершины, абсолютной грани, она преодолима, ибо святость, хотя в себя и включает «делание заповедей», но сама находится уже «по ту сторону добра и
зла»; также и дети, состояние которых, по слову Спасителя,
является живой нормой Царствия Божия [«Если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное» (Мф. 18:3).], свободны от уз нравственности.
Также называется Он благом, но и этим Он не
является в собственном смысле, ибо благу противостоит
зло, а Он более чем благ или сверхблаг…
Из сказанного видно, сколь ограниченным и неполным остается понятие материи у Платона и сколь извращенным
является оно у Плотина, для которого материя, как начало отрицательное, как небытие, есть
зло и даже начало
зла.
Смерть
явилась благодеянием Отца, который не восхотел дать бессмертия
злу.
— «
Зло не существует само по себе, а
является с лишением добра; добро же всегда неизменно пребывает твердым и неподвижным и составляется без всякого предварительного лишения чего-нибудь.
Близоруким заблуждением
является мысль, что в человечестве просто в силу «эволюции», — времени и «прогресса», усиливается добро за счет
зла, почему оно становится силою вещей, как бы автоматически, все совершеннее.
В своем комментарии к этому творению Ареопагита св. Максим Исповедник говорит следующее: «Мы сказали, что если Бог, сверхсущественно сущий (ύπερουσίως δν), называется безначальным и всего виновником, то антитезой, предлогом бытия и бессущностным (εσχατον των όντων και οίνούσιον) подобно тому, как Бог сверхсущностен,
является материя (Ολη), она называется и не (μη) существующим и существующим в (εν) Боге, возникая благодаря Его благости, и через смещение с чувственным становится не вполне
злом и не вполне добром, обнаруживаясь через неустойчивое (αστατον).
«Для того, кому жизнь есть благо, она
является таковым не потому, что есть соединение души с телом, а потому, что
зло отвращается добром, но смерть есть большее благо.
Это маскируется благодаря бесспорной личной религиозности и религиозному темпераменту Шлейермахера, который сам, несомненно, религиознее своей философии, представляющей собой (подобно якобиевскому учению о вере) просто pis aller [Вынужденная замена того, что
является недоступным; неизбежное
зло (фр.).], попытку спасти древнее благочестие от натиска рационализма и критицизма.
Утрата целомудрия выразилась в пробуждении похоти не только физической, но и духовной: знание, приобретаемое хищением,
явилось действительно знанием добра и
зла, бунтующего хаоса, дерево же показалось вожделенно и потому, что «дает знание».
Единственным серьезным аргументом атеизма
является трудность примирить существование всемогущего и всеблагого Бога со
злом и страданиями мира.
«Мир
явился мне, — говорит Бухарев, — не только областью, во
зле лежащей, но и великою средой для раскрытия благодати Богочеловека, взявшего
зло мира на себя».
Она стала требовать, чтоб я всё больше заучивал стихов, а память моя всё хуже воспринимала эти ровные строки, и всё более росло, всё
злее становилось непобедимое желание переиначить, исказить стихи, подобрать к ним другие слова; это удавалось мне легко — ненужные слова
являлись целыми роями и быстро спутывали обязательное, книжное.
Постараюсь быть яснее: вера в торжество формы, кажется, уже поколебалась у самых слепых ее защитников, потому что всякая форма
является только паллиативной мерой, которая просто убаюкивает нас и заставляет закрывать глаза на продолжающее существовать
зло…
На помощь старику
явилась его жена, высокая, худая старуха с
злыми глазами.
И добрая женщина не только не попомнила
зла, но когда, по приезде в Москву, был призван ученый акушер и
явился «с щипцами, ножами и долотами», то Ульяна Ивановна просто не допустила его до роженицы и с помощью мыльца в девятый раз вызволила свою пациентку и поставила на ноги.
Являлась гневная, неумолимая, с закушенною нижней губою, решительная на руку,
злая.
Все эмпирические формы
зла — смерть, болезнь, нужда, рабство, убийство, злоба, ненависть
явились в мир из этого источника.
Женщина
является для него исключительно соблазном,
злым видением.
Если
зло и страдания жизни, смерть и ужас бытия не
являются результатом предмирного преступления богоотступничества, великого греха всего творения, свободного избрания
злого пути, если нет коллективной ответственности всего творения за
зло мира, нет круговой поруки, то теодицея [Теодицеей называется проблема оправдания Бога, но само это словосочетание вызывает возражение.
Но будущее двойственно: в нем
явится и величайшее, окончательное добро, и величайшее, окончательное
зло.
Весь природный порядок, пространственный, временный, материальный, закономерный, который
явился результатом греха, соблазненности наущениями духа
зла, есть наполовину подделка бытия, ложь и призрак, так как в нем царит смерть, рабство и страдание.
Странно, во мне всегда была, и, может быть, с самого первого детства, такая черта: коли уж мне сделали
зло, восполнили его окончательно, оскорбили до последних пределов, то всегда тут же
являлось у меня неутолимое желание пассивно подчиниться оскорблению и даже пойти вперед желаниям обидчика: «Нате, вы унизили меня, так я еще пуще сам унижусь, вот смотрите, любуйтесь!» Тушар бил меня и хотел показать, что я — лакей, а не сенаторский сын, и вот я тотчас же сам вошел тогда в роль лакея.
Но воображение мое снова начинало работать, и я представлял себя выгнанным за мое упрямство из дому, бродящим ночью по улицам: никто не пускает меня к себе в дом; на меня нападают
злые, бешеные собаки, которых я очень боялся, и начинают меня кусать; вдруг
является Волков, спасает меня от смерти и приводит к отцу и матери; я прощаю Волкова и чувствую какое-то удовольствие.
— Словом, вы чураетесь меня, как прокаженной, — медленно продолжала Александра Яковлевна, — и если
явились ко мне выразить ваше согласие на брак с вашим сыном и даже просите моей руки, то это только потому, что я сумела сделать для вашего сына вопрос обладания мною вопросом жизни и смерти. Ко мне приехала не княгиня Гарина, а мать, не желающая потерять своего единственного сына и выбравшая между его смертью и женитьбой на актрисе из этих
зол меньшее.
Если дьявол целиком подчинен Богу и
является орудием Божьего Промысла, если Бог пользуется дьяволом в своих благих целях, то, в сущности,
зла не существует.
Но ошибочно и поверхностно думать, что причиной
зла является сама революция, столь же поверхностно, как и думать, что революция есть явление добра и справедливости и создает совершенный социальный строй.
Причиной
зла является неосуществленное добро.
Райское состояние означает питание с древа жизни и неведение добра и
зла, мы же питаемся с древа познания добра и
зла, живем этим различением и переносим его на тот новый рай, который
явится в конце мирового процесса.
Что делать со
злом и
злыми, которые
являются результатом раздвоения сознания и испытания свободой?
Добро и
зло являются позже.